Преемник чародея танца

Досье

Идрисов Сулумбек Гиланиевич, родился 27 августа 1951 года (Казахская ССР, Кзыл-Ордынская обл., Чиилийский район, с. Первомайское). Рос в многодетной семье из восьми человек.

После окончания 8 классов Шалинской средней школы № 1, он поступил в 1967 году в Чечено-Ингушское культпросветучилище в Грозном, окончил в 1970 году хореографическое отделение.

Тогда же начал танцевать в Государственном ансамбле танца «Вайнах» под руководством главного балетмейстера и художественного руководителя Тапы Элембаева.

В 1970-72 годах проходил службу в рядах Советской Армии, танцевал в Военно-Морском ансамбле песни и пляски Краснознаменной Каспийской флотилии. Был солистом балетной группы.

В 1972-76 годах учился в Московском государственном институте культуры, на отделении «режиссер балета, балетмейстер-педагог».

С 1980 года – солист балета театра танца под руководством народного артиста СССР М. Эсамбаева. С 1980 по 90 гг. – солист балета с сольной программой «Танцы народов мира» (Московская государственная филармония).

С 1990 года – заслуженный артист ЧИАССР.

В 1990-91гг. основал Школу русского танца в Австралии, гор. Брисбан.

С 2001-2004 гг. – педагог по классическому и народно-сценическому танцу в колледже искусств при Королевском театре оперы и балета в Копенгагене (Дания).

Этот мир он объездил сначала в своих мечтах и танцах, позже и наяву – наш земляк, ученик, последователь и преемник легендарного Махмуда Эсембаева, известный балетмейстер, танцовщик и педагог Сулумбек Идрисов.

Он нашел свою дорогу в искусстве танца, свой синтез, непохожий ни на кого, где основа – сплав всех жанров танца, смешанный с акробатическими трюками. Характер и грация, виртуозная техника, актерское мастерство, с которыми Сулумбек Идрисов исполнял свою сольную программу «Танцы народов мира», будь то танец «Тореадора-испанца», храмовый индийский танец «Золотого орла» или нашу родную «Лезгинку», заставляли замирать, сопереживая волнуясь, публику более чем в 130 странах мира.

Сулумбек с большим уважением и теплотой вспоминает о своих педагогах, с помощью которых он сделал первые шаги на творческом пути. Его педагогами по танцам были настоящие мастера своего дела. По национальным танцам – Отарий Шавлович Мунджишвили, характерным – Николай Павлович Шарыпов, классическим – Светлана Ивановна Золотова, которая, кстати, училась в первой Чечено-Ингушской студии, основанной в Грузии, у мастера танца, педагога Вахтанга Чабукиани, вместе с дочерью Махмуда Эсембаева Стеллой и Саид-Эмином Яшуркаевым, который одновременно учился в институте с Тапой Элимбаевым и преподавал характерный танец в училище. С такой же теплотой вспоминает он и старших товарищей, с которыми танцевал.

А когда Сулумбека призвали в Военно-Морской ансамбль Каспийской флотилии с дальнейшим призывом, он продолжил службу в этом известном коллективе со своими земляками.

Неся службу в армии, в основном на гастролях, Сулумбек был принят на учебу на заочное отделение «Балетмейстер-педагог, режиссура балета» Московского государственного института культуры. Отслужив полгода, он пришел в вуз прямо в военной форме и продолжил учебу очно. После окончания учебы был распределен в Москонцерт, но было еще немало предложений, однако С. Идрисов вернулся домой. Он стал вторым балетмейстером и солистом ансамбля танца «Вайнах», работал вместе с основателем этого ансамбля Тапой Элимбаевым, ныне профессором, лауреатом Государственной премии, народным артистом РФ, руководителем ансамбля танца им. Зии Бажаева.

– Вы сегодня – заслуженный артист Российской Федерации, кавалер многих престижных наград, основатель Школ танца в Австралии, Канаде, Бельгии. Живете ныне в загранице, мечтаете ли вернуться домой, в Чечню?

– Мне довольно часто задают такой вопрос. Я на сцене уже полвека, побывал в 136 странах, изучал быт, культуру, танцы народов мира. Снимался в художественных телевизионных фильмах, как актер, постановщик, танцовщик. Мне Аллах дал такую насыщенную жизнь, что хватило бы на сто человек. Неужели я не должен быть благодарным Всевышнему за его подарок?!

Я учил танцам в Австралии, Канаде, Дании, Польше, Бельгии, в Москве, давно хотел вернуться, хотя там ни в чем не нуждался. Но здесь, дома, 5-6 лет назад меня не услышали и во мне, оказывается, не нуждались, – рассказывает С. Идрисов.

Глядя на этого высокорослого, седовласого, статного чеченца с легкой походкой, не скажешь, что ему уже 69! В нем столько энергии, которой позавидует и юноша, дух сохранил не только свою молодость, но и молодецкую удаль тела. От него веет уверенностью, умиротворением и одухотворенностью. Если он научит детей – не говоря о танцах – сохранять молодость и здоровье, научит вести правильный образ жизни, это уже подвиг, достойный вклад в копилку духовно-нравственного воспитания подрастающего поколения республики.

– Какие чувства должен испытывать молодой человек, танцующий не на сцене, а, скажем, на традиционном чеченском ловзаре? – спрашиваю у знаменитого танцора.

– Люди, пришедшие на ловзар и стоящие в кругу, особенно девушки, оценивают парня по его выходу в круг, по его приглашению на танец. По танцу можно понять характер парня, движения подскажут о психологических особенностях. Умение вести девушку в танце, готовность защитить ее, уважение к ней очень важно. Парень, подняв руки, тем самым подражая орлу, идет по кругу, оберегая свою голубку, или тут же преобразится в воина, устремляясь вперед. Это диалог, доверившихся друг другу людей, где важна способность уважать и любить.

– В парном танце нет места сальто, другим акробатическим трюкам, выкрутасам, тем более можно опозориться, придя носом в пол. Подобные трюки никакого отношения не имеют к этому величественному диалогу в танце между парнем и девушкой.

– Сулумбек, современная вайнахская молодежь, точнее ее часть, вносит все больше новых элементов в лезгинку…

– К сожалению, эти самые движения не имеют ничего общего с настоящим национальным танцем. Это скорее влияние современных европейских танцев, в которых допускаются любые телодвижения. Но лезгинка – совершенно другой вид танца, народный. В чеченском варианте лезгинки недопустимы движения туловищем: двигаются только ноги и руки.

Я – профессиональный танцор, балетмейстер, могу организовать школу мирового уровня. Собственно для этого я и вернулся несколько лет назад домой, но тут не был нужен. Утверждаю, что возможно создать чеченский балет, соблюдая все нормы адата, и одежда, и манера исполнения не оставят и намека на нарушение чеченских обычаев и традиций. Мы можем посредством балета восхвалять своих былинных героев Ади Сурхо, Таймин Биболат, Жумин Акхтулла и других. В том числе и современных героев, как это принято во всем мире.

– Сулумбек Идрисов – танцовщик мирового масштаба. Но не всегда хороший танцовщик является хорошим балетмейстером, но в Сулумбеке отлично сочетаются оба этих качества. Опытнейший хореограф, талант, каких мало, он может столько полезного сделать не только нашей республике, но и всему Северному Кавказу, всей России. Из него нужно выжимать, использовать его талант и желание передать свои знания самым, не побоюсь этого слова, нещадным образом, – говорит художественный руководитель Государственного детского ансамбля «Башлам» Яхсан Алиев.

…Вспоминается вечер – встреча 40-летней давности с великим Махмудом Эсамбаевым в красном уголке студенческого общежития ЧИГУ, что на остановке «Минутка», где присутствовал и будущий преемник чародея танца. Ведущий встречи, известный поэт Магомед Дикаев тогда сказал: «Танец Эсамбаева – это хореографические новеллы, это музыка, звучащая в движениях». Эти знаменитые слова до сих пор хорошо помнит наш именитый земляк Сулумбек Идрисов.

М. АЛХАЗУРОВ.